Первый опыт ныряния или шутки в сторону | Подводная охота

Первый опыт ныряния или шутки в сторону

Я очень скучала по бассейну и восполняла его нехватку занятиями легкой атлетикой в спортивной секции при школе. Летом я просто «отрывалась» на всю катушку: плавала везде, где была возможность – в речках, озерах, на заливе. Но всегда манило Черное море. Когда удавалось бывать там, я любила плавать одна, находя в этом огромное удовольствие. Мы нашли взаимопонимание с морем, и нам никто не был нужен для общения, как говорится – третий лишний, только море и я — непередаваемое ощущение!

     Однажды, заплыв как обычно за буйки, в нескольких метрах от себя я увидела дельфина. Он спокойно и красиво проплыл мимо, показав серую блестящую спину с отточенным плавником. Увидеть дельфинов так близко от себя – это совсем иное, чем наблюдать за ними с берега или смотреть представление в дельфинарии. В какой-то момент возникло желание  погрузиться в прозрачную морскую глубину, где живут  эти удивительные животные, и царит свой мир, загадочный и пока для меня неизвестный. Мои первые попытки нырнуть на задержке дыхания были неудачными — море не принимало меня и выкидывало обратно, словно поплавок удочки. И я задумалась над вопросом – почему же люди тонут, если нырнуть – не такое уж простое дело. Ответ я получила гораздо позднее…

     Мы с отцом придумали такую игру: выплывали вместе на глубину, я делала вдох и задерживала дыхание, отец резким толчком за голову отправлял меня вниз, и я «солдатиком» уходила  под воду, затем, достигнув дна, отталкивалась ногами и поднималась на поверхность. Такое упражнение мы проделывали с ним исключительно на Черном море, где вода была прозрачной и светлой, хорошо просматривалось дно. Но  однажды мы попробовали провести этот эксперимент на реке.  Дело было в Пензенской области на Хопре, крупнейшем притоке Дона. Мы отдыхали тогда с отцом в пансионате МО в местечке Беково в 150 км от Пензы. Я помню, что отплыли мы от берега не слишком далеко, речка в этом месте была неширокой, вода в ней была темная и мутноватая. Отец предложил мне нырнуть, я с радостью набрала в рот воздуха и от его сильного толчка пошла солдатиком вниз. Сначала было забавно, но уже через несколько секунд я поняла, что дна еще нет, а я продолжаю движение вниз. В море было совсем иначе – вода из-за большой плотности сама выталкивала тебя, там не стоило большого труда прервать погружение и всплыть на поверхность. Когда я все-таки  достигла дна, оттолкнуться от него не удалось – мягкий ил как вата окутал ноги, и я почувствовала, что не сдвинулась с места, у меня началась паника. Как лягушка я стала беспорядочно двигать руками и ногами, чтобы всплыть. Свой подъем наверх я не забуду никогда: он длился целую вечность, я с огромным напряжением сдерживала позывы сделать вдох, боясь захлебнуться. На поверхности я не могла отдышаться и чувствовала такую сильную усталость, как будто без остановки пробежала кросс в 5 километров. Как ни странно, отец почему-то не сильно испугался за меня, видимо, не понял, что в одно мгновение мог навсегда потерять дочь…

     Этот случай положил конец необдуманным экспериментам на воде. Так закончился второй, не слишком удачный, опыт моего общения с водной средой.